Ответы и объяснения

2014-03-03T16:04:27+00:00
Проза Бунина почти магически воздействует на читателя. Понять причины этого можно лишь тогда, когда прочтешь произведение не один раз, не торопясь. Одно слово не поймешь – потеряешь смысл фразы.Особенно это понимаешь, читая рассказы из цикла «Темные аллеи». Как писал сам автор, это «рассказы о любви, о ее «темных» и чаще всего мрачных и жестоких аллеях».В полном составе эта книга вышла в 1946 году в Париже, и исследователи называют ее единственной в своем роде.Открытием ХХ века стала лирическая проза, которая словно размывает границы между эпосом и лирикой, когда автор оказывается в кругу своих персонажей, разделяет их беды и тревоги. Таковы и новеллы цикла «Темные аллеи». В рассказе, давшем название циклу, есть такие строчки: «Всякая любовь – великое счастье, даже если она не разделена».О любви и рассказ «Руся»1. Как и в других новеллах, здесь особый, философский способ видения и подачи материала.В эпическом произведении тоже встречаются лирические отступления, но там все подчинено общему замыслу и сюжетному единству. В лирической же прозе событийность уступает ведущую роль отношению к происходящему.В рассказе «Руся» событийный ряд прост. В сумерках поезд «Москва – Севастополь» неожиданно делает остановку. В вагоне первого класса к окну подошли господин и дама. Он вспоминает события, которые произошли в дачной усадьбе давным-давно, вспоминает Русю.Особое место занимает образ автора, проявляющего себя в эмоциональных оценках («На станции было темно и печально»; «…мертвенно светила долгая летняя заря»), в характеристике героев, определяет отношение к ним.В основе рассказа – противопоставление двух миров. Один – привычный, другой – яркий, романтический мир воспоминаний. Описание обедневшей усадьбы подчеркнуто обыденно: («скучная местность»). Интересно, как повтор, вводное слово «конечно» («дом, конечно, в русском стиле»; «И, конечно, скучающая дачная девица, которую ты катал по этому болоту»). С этого момента слышишь подтекстный мотив. Мир обыденный (болото) преображается. Внешне безразличные реплики жены рассказчика скрывают тайный интерес к сопернице. «Он» отгораживается шуткой, непонятной латынью (Amata nobis guantum amabitur nulla!).2 Переход на латынь, где каждый знак, каждое слово как бы стремится стать символом, – еще одно подтверждение разделения мира надвое и несовпадения мира чувств с миром привычных радостей и обид.