Родные мои, помогите***Дан текст, нужно ответить на вопрос:

Какова главная мысль этого текста? Хотя бы на пол странички

Мало кто по-настоящему знал Рахманинова, – он сближался с трудом, открывался немногим. В первый момент он немного пугал, – слишком много было в нем достоинства, слишком значительно, даже трагично, было его изможденное лицо с глазами, полуприкрытыми тяжелыми веками. Но проходило некоторое время, и становилось ясно, что суровая внешность совсем не соответствует его внутренним, душевным переживаниям, что он внимателен к людям, – не только близким, но и чужим, готов им помочь, И делал это всегда незаметно, – о многих добрых делах Рахманинова никто никогда не знал.

Да позволено мне будет нарушить слово, данное когда-то Сергею Васильевичу, и рассказать один эпизод, который я обещал ему хранить в секрете.

Однажды в “Последних Новостях” я напечатал коротенькое воззвание, – просьбу помочь молодой женщине, матери двух детей, попавшей в тяжелое положение. На следующий день пришел от Рахманинова чек на 3000 франков, – это были большие деньги по тогдашним парижским понятиям, они обеспечивали жизнь этой семьи на несколько месяцев. Сергей Васильевич не знал имени женщины, которой помогает, и единственным условием он поставил мне, чтобы я об этом не сообщил в газете, и чтобы никто, – в особенности нуждавшаяся женщина, – не узнали о его помощи.

Он давал крупные пожертвования на инвалидов, на голодающих в России, посылал старым друзьям в Москву и в Петербург множество посылок, устраивал ежегодный концерт в Париже в пользу русских студентов, – об этом знали, не могли не знать. И при этом Рахманинов, делавший всегда рекордные сборы, во всем мире собиравший переполненные аудитории, страшно волновался и перед каждым благотворительным концертом просил:

– Надо что-то в газете написать... А вдруг зал будет не полный?

– Что вы, Сергей Васильевич?

– Нет, все может быть, все может быть... Большая конкуренция!

И этот человек, болезненно ненавидевший рекламу и всякую шумиху вокруг своего имени, скрывавшийся от фотографов и журналистов, вдруг с какой-то ребячьей жалостливостью однажды меня спросил:

– Может быть, нужно интервью напечатать? Как вы думаете?

Как-то, в начале 42 года, в самый разгар второй мировой войны, “Новое Русское Слово” устроило кампанию по сбору пожертвований в пользу русских военнопленных, тысячами умиравших в Германии с голоду.

Нужно было распропагандировать сбор, привлечь к нему крупные имена, и я обратился к Рахманинову с просьбой написать несколько слов о том, что надо помочь русским военнопленным. Чтобы Сергей Васильевич не боялся, что обращение его может быть слишком коротким, я предложил напечатать его на первом месте, в рамке.

У Рахманинова было большое чувство юмора, и письмо, которое он прислал мне в ответ, носит печать благодушной иронии:

“Многоуважаемый Господин Седых!

Я должен отказаться от Вашего предложения: не люблю появляться в прессе, даже если мое выступление будет “в рамке, как подобает”. Да и что можно ответить на вопрос: “почему надо давать на русских пленных?” Это то же самое, если спрашивать, почему надо питаться. Кстати, сообщаю, что мною только что послано 200 посылок через Американский Красный Крест.

1

Ответы и объяснения

Лучший Ответ!
  • uyrasik
  • почетный грамотей
2013-02-13T21:26:50+04:00

   Читая этот текст, я вдруг резко представил, в чём разница между человеком великим и ничтожным. По настоящему великий человек всегда преисполнен сомнений, раздумий и неуверенности. Вот и великий Рахманинов в жизни ведёт себя очень скромно, боясь доставить кому-то лишние неудобства, боясь быть навязчивым. Он переводит совсем незнакомой ему женщине огромные по тем временам деньги и предпочитает, чтобы никто об этом не узнал. В отличие от него,иной сделает на грош, а растрезвонит на целый рубль.

   Здесь речь идёт о Рахманинове, о его скромности, хотя подобные примеры можно отыскать в истории, когда известные люди творили добрые дела, оставаясь при этом в тени.

   В статье много пишется о постоянных сомнениях и терзаниях Рахманинова. И это тоже нормально. Лишь дурак никогда и ни в чём не сомневается. Не зря говорят, что "дуракам закон не писан". Хотя и люди, подобные великому композитору, не всегда живут по писаным законам. Они живут по законам своей совести, своей чести. И это очень ярко продемонстрировано в заключительной части  рассказа. Рахманинов не стал писать призывы, не стал рекламировать себя в таком деле, как помощь военнопленным, а просто отправил посылки , никому ничего не рассказывая.

  Подводя итог, хочу сказать словами кого-то из великих - "Лучше быть, чем казаться". Нужно делать добрые дела, а не говорить о них. Нужно просто быть человеком.